Антология русской поэзии. Владимир Владимирович Маяковский.

Тамара и Демон.

    От этого Терека
               
    в поэтах
                        
    истерика.
    Я Терек не видел.
                
    Большая потерийка.
    Из омнибуса
           вразвалку
    сошел,
     поплевывал
               
    в Терек с берега,
    совал ему
         в пену
               
    палку.
    Чего же хорошего?
                
    Полный  развал!
    Шумит,
     как Есенин в участке.
    Как будто бы
            Терек
                 
    сорганизовал,
    проездом в Боржом,
                  
    Луначарский.
    Хочу отвернуть
              
    заносчивый нос
    и чувствую:
           стыну на грани я,
    овладевает
          мною
              
    гипноз,
    воды
    и пены играние.
    Вот башня,
         револьвером
                    
    небу к висну,
    разит
     красотою нетроганой.
    Поди,
     подчини ее
               
    преду искусств -  
    Петру Семенычу
              
    Когану.
    Стою,
     и злоба взяла меня,
    что эту
       дикость и выступы
    с такой бездарностью
                     
    я
                      
    променял
    на славу,
         рецензии,
                  
    диспуты.
    Мне место
         не в "Красных нивах",
                             
    а здесь,
    и не построчно,
              а 
    даром
    реветь
      стараться в голос во весь,
    срывая
      струны гитарам.
    Я знаю мой голос:
                 
    паршивый тон,
    но страшен
          силою ярой.
    Кто видывал,
            не усомнится,
                        
    что
    я
 был бы услышан Тамарой.
    Царица крепится,
                
    взвинчена хоть,
    величественно
             делает 
    пальчиком.
    Но я ей
       сразу:
            - А мне 
    начхать,
    царица вы
         или прачка!
    Тем более
         с песен -  
                  
    какой гонорар?!
    А стирка -  
          в семью копейка.
    А даром
       немного дарит гора:
    лишь воду -  
            поди,
                 
    попей-ка!-  
    Взъярилась царица,
                  
    к кинжалу рука.
    Козой,
      из берданки ударенной.
    Но я ей
       по-своему,
                
    вы  ж знаете как -  
    под ручку...
            любезно...
                     
    - Сударыня!
    Чего кипятитесь,
               
    как паровоз?
    Мы
  общей лирики лента.
    Я знаю давно вас,
                 
    мне
                    
    много про вас
    говаривал
         некий Лермонтов.
    Он клялся,
         что страстью
                     
    и равных нет...
    Таким мне
         мерещился образ твой.
    Любви я заждался,
                
    мне 30 лет.
    Полюбим друг друга.
                  
    Попросту.
    Да так,
      чтоб скала
                
    распостелилась в пух.
    От черта скраду
               
    и от бога я!
    Ну что тебе Демон?
                  
    Фантазия!
                           
    Дух!
    К тому ж староват -  
                   
    мифология.
    Не кинь меня в пропасть,
                       
    будь добра.
    От этой ли
          струшу боли я?
    Мне
   даже
       пиджак не жаль ободрать,
    а грудь и бока -  
                
    тем более.
    Отсюда
      дашь
          хороший удар -  
    и в Терек
         замертво треснется.
    В Москве
        больнее спускают...
                           
    куда!
    ступеньки считаешь -  
                     
    лестница.
    Я кончил,
         и дело мое сторона.
    И пусть,
        озверев от помарок,
    про это
        пишет себе Пастернак.
    А  мы...
       соглашайся, Тамара! -  
    История дальше
              
    уже не для книг.
    Я скромный,
           и я
              
    бастую.
    Сам Демон слетел,
                 
    подслушал,
                          
    и сник,
    и скрылся,
         смердя
               
    впустую.
    К нам Лермонтов сходит,
                      
    презрев времена.
    Сияет -  
       "Счастливая парочка!"
    Люблю я гостей.
              
    Бутылку вина!
    Налей гусару, Тамарочка!