Антология русской поэзии. Владимир Владимирович Маяковский.

Акростих

АКРОСТИХ (άκρος — крайний, στίχος — стих) — стихотворение, крайние буквы которого (большею частью — начальные) складываются в слова. Обычно слова эти составляют наименование лица, которому акростих посвящен. Так, в сонете В. Брюсова начальные буквы строк образуют слова «Николаю Бернеру», в сонете М. Кузмина — «Валерию Брюсову». Отношение всего стихотворения к начальным буквам, образующим заданные слова, — подобно его отношению к рифме: чем менее ощутимы трудности формального задания, чем естественнее представляется расположение слов и строк, — тем удачное акростих. Аналогично неожиданности рифмы, вторым условием хорошего акростиха служит неожиданное использование заданных букв — и каком-либо необычном, редко встречаемом слове. Так, у М. Кузмина: «Юродствуй, раб, позоря Букефала», у Б. Брюсова: «Алмазы в небе скоро заблестят». Естественность и неожиданность в этой области, подобно естественности и неожиданности в области рифмы, может способствовать большей выразительности целого. Другой эффект, достигаемый акростихом, заключается в том, что посвящение («Валерию Брюсову», «Николаю Бернеру»), соединяется в одно с самым посвящаемым произведением, — как бы сплетается с ним: этим подчеркивается факт посвящения, обостряется тот художественный смысл, который ость во всяком посвящении вообще (см. «посвящение»). Еще более явственно это тогда, когда весь акростих по содержанию своему связан с лицом, которому посвящен. Благодаря этому, и содержание его становится отчетливее и живей, и имя всеми своими буквами как бы отпечатывается в сознании: Валерию Брюсову. Валы стремят свой яростный прибой, А скалы все стоят неколебимо. Летит орел, пределов жалких мимо, Едва ли кто ему прикажет: «Стой!» Разящий меч готов на грозный бой, И зов трубы звучит неутомимо. Ютясь в тени, шипит непримиримо Бессильный хор врагов, презрен тобой. Ретивый конь взрывает прах копытом. Юродствуй, раб, позоря Букефала! Следи, казнясь, за подвигом открытым! О, лет царя! Как яро прозвучала В годах, веках труба немолчной славы! У ног враги — безгласны и безглавы.                     М. Кузмин. Наоборот, на противопоставлении заданных слов и содержания акростиха построено большинство комических эффектов в этой области. Нередко на страницы журналов, газет попадает, по недосмотру редактора, стихотворение, созвучное по характеру своему с общим тоном издания, но носящее в начальных буквах своих строк ядовитую насмешку политического противника или личного врага. Глазам легче, чем слуху, уследить за начальными буквами акростиха. Его эффект скорее зрительный, чем слуховой, — поэтому в устной поэзии он не может получить такого распространения, какое издавна получил в поэзии письменной; поэтому же — всякий акростих так проигрывает при чтении вслух. На примере акростиха (как и на примере знаков препинания, на примере абзаца — см. эти слова) подтверждается мысль, что письменная форма поэзии имеет не только служебный смысл, но может быть источником чисто художественных приемов, доступных только ей одной. В. Д.